Некоторые комиссии по переаттестации Национальной полиции, уже закончили работать со своими группами. Сейчас запущена работа апелляционной комиссии.
Об этом на странице в Facebook сообщил член аттестационной комиссии и руководитель Николаевского филиала Украинской ассоциации инвалидов АТО Илья Шполянский.
–Пока в целях безопасности, мы не можем разглашать фамилии ее членов, но я уверяю Вас, как только Вы узнаете, кто там работает, отпадут любые подозрения в возможности «решалова» по апелляции.
Хочу акцентировать, что переаттестация НацПолиции проводится в рамках закона и регламентируется приказом МВД № 1465 от 17.11.2015, каждый желающий может его изучить http://zakon5.rada.gov.ua/laws/show/z1445-15 .
Организовывает процесс техническая группа международного сотрудничества, областные ГУ Национальной Полиции никакого отношения к нему не имеют, кроме документального обеспечения.
Перед аттестацией все полицейские прошли тесты. Делились тесты на два блока, логика и профессиональные знания, в зависимости от направления деятельности и по занимаемой должности.
Максимум на тестах полицейский может набрать 120 баллов, если же он набрал менее 60 баллов, он все равно проходит комиссию, но не имеет права на апелляцию в случае рекомендации его к увольнению.
–Результат общения с более чем 140 полицейскими и анализ соответствия их интеллектуального уровня с количеством набранных баллов мне четко показал, тесты купленны не были, все аттестуемые действительно сдавали их честно, публикации по этому поводу в СМИ не более как информационная провокация. Например, некоторые начальники районных отделений полиции набрали суммарно менее 40!!! баллов (при 60 минимальных), при этой один уникальный участковый получил 108 баллов
Сотрудники Полиции узнают о времени и дате своей переаттестации посредством SMS сообщения. Номер комиссии, в которой будет проходить собеседование, и для полицейского и для членов комиссий оставался неизвестным до самого утра переаттестации. Это сделано для исключения любой возможности «договорняка».
Собеседование проходит в закрытой комнате, без фото и видео фиксации. Члены комиссии, изучают аттестационный лист и рекомендации непосредственного руководителя полицейского, результаты физ и тактической подготовки, послужной список. После изучения материалов проходит по возможности неформальное общение.
По результатам собеседования комиссия имеет право отправить полицейского на «полиграф» (детектор лжи), рекомендовать к увольнению или к повышению, оставить на занимаемой должности, понизить. В случае с полиграфом, (обычно через несколько дней), полицейский уже с результатами возвращается в комиссию и по нему повторно принимается решение.
В случае рекомендации к увольнению или понижению, полицейский имеет право на восстановление через апелляционную комиссию, она в Николаеве уже заработала. Но таким правом смогут воспользоваться только те, кто суммарно получил не менее 60-ти баллов по результатам тестирования.
Большое количество сотрудников изначально рекомендовались к прохождению заочно. Комиссия вправе решать вызвать такого аттестуемого на очное собеседование или утвердить.
–Как правило, мы вызывали не менее 50% «заочников», некоторые комиссии и больше. Во всяком случае, это коснулось практически всех участковых, всех оперуполномоченных и оперативных дежурных, кроме того, мы тщательно изучали послужной список каждого. Ведь многие работают сейчас на новых должностях, связи с ликвидацией или реорганизацией структуры Полиции. Под особо пристальным нашим вниманием были сотрудники, которые когда-то работали в бывших ОБНОне (борьба с оборотом наркотиков), ОБЭП (экономические преступления), УБОП (организованная преступность), ВБ (внутренняя безопасность), ГАИ.
Шполянський отвечает на часто задаваемые вопросы:
Какой был метод формирования комиссий, в части общественников, был ли этот процесс достаточно прозрачным?
Для делегирования своих представителей, общественные организации заполняли специальную форму на сайте Национальной Полиции, потом представители проходили собеседование, тестирование и по ним принималось решение. К сожалению, методика отбора мне не известна, увы, она не была публично представлена. Насколько я знаю, к участию в процессе не допустили ветеранские организации МВД, что при всем моем к ним уважении я считаю правильным. Нельзя было допустить предположительный «договорняк» и как следствие делегитимизацию процесса. Включены адвокаты, журналисты участники АТО и общественники из других городов, которые уже имели опыт работы в таких комиссиях. Очевидно, что базовым критерием для отбора была публичность кандидата. Именно такая категория общественников наиболее (но 100% конечно) застрахована от подкупа или давления. Считаю, с этой задачей, техническая группа справилась хорошо.
Пытались и ли с Вами, или с другими членами комиссий договорится, и кто это был?
Конечно, да. Мне звонили некоторые мои знакомые и просили за своих друзей полицейских. Знаю, такая – же ситуация и у некоторых других членов комиссий из Николаева. Между комиссиями был создан внутренний чат, по нему мы постоянно обменивались данными о кандидатах в т.ч. и от информаторов. Я передавал туда информацию, кто (без фамилий) и за кого (с фамилиями) ходатайствовал, и как характеризовал. Туда я написал также свое мнение о трех полицейских, которых много лет хорошо знал и имел о них собственное мнение (все они шли не по моей комиссии, в противном случае, я обязан был бы взять самоотвод). Двух я характеризовал положительно и одного отрицательно. Еще раз акцентирую, ни мы, ни полицейские не знали до последнего, номер комиссии по какой пойдет аттестуемый.
Было ли на Вас давление от руководства Полиции или кого-то еще?
Нет, ни одного раза, мне не угрожали и ничего не рекомендовали. Частные лица на благодарность намекали, но не давили.
Давали ли Вам какие-либо рекомендации руководство Нацполиции или представители технической группы, по количеству полицейских, сколько нужно оставить или уволить?
Нет, все это было исключительно в компетенции Комиссии.
Допускались ли унизительные вопросы от членов комиссии к аттестуемым?
В нашей точно нет, насколько я знаю, в других тоже. Резкие, провокационные, казуистические вопросы, да. Методика «перекрестного допроса», также использовалась. У нас было очень мало времени, и нужно было максимально получить от сотрудника информации. Но унижений не было.
Какое материальное или иное вознаграждение получили за работу члены комиссий?
Работники Национальной и патрульной полиции, насколько я знаю, просто получали за эти дни зарплату и командировочные, если они из другого региона. Общественники, в том числе и я, работали бесплатно. Кофе, чай и пластиковые стаканчики в не в счет.
Могла ли пройти часть нечестных сотрудников, и есть ли вероятность увольнения порядочных?
Конечно, ошибки, безусловно, есть. Слишком мало времени было у нас, кроме того мы не получили доступа к данным Отдела Внутренней Безопасности (ОВБ) Национальной Полиции, я считаю это самой большой ошибкой в организации процесса. Учитывая, что информацию о аттестуемых мы получали непосредственно утром дня собеседования, времени на поиск информации практически не было. Но я точно знаю, самых прожженных и одиозных сотрудников мы рекомендовали к увольнению, также это коснулось тех, кто совершенно не подходит по своим интеллектуальным данным, и о ком есть подтвержденные негативные данные в открытых источниках.
Какой процент рекомендуемых к увольнению, понижению и сколько предложено повысить?
Думаю, средняя статистика сложится такая: 20% уволят (с учетом тех, кто восстановится по апелляции), 20 % понизят, 60% останется на своих должностях и 10% рекомендуют к повышению. Но думаю чем выше должности, тем больше будет увольнений и понижений. Например, среди следователей 30%, среди заместителей начальников райотделов – 40%, среди начальников райотделов 60-80%. Повторяю, эта статистика совершенно примерная, и основана на моих личных впечатлениях, никакого отношения к официальному подсчету не имеет.
Какие отношения были внутри комиссий, не было ли конфликта между общественниками и представителями Национальной и патрульной полиции?
Конкретно в в нашей отношения между членами комиссии были очень конструктивными. Практически все решения, после дискуссий, мы принимали единогласно. И чего точно не было, так это лоббирования представителями Нацполции интересов аттестуемых. Насколько я знаю, примерно такая – же ситуация, была и в других комиссиях.
Были ли угрозы со стороны уволенных сотрудников общественникам?
Насколько я знаю, пока нет. Но врагов (влиятельных в том числе) каждый из нас нажил себе немало. И только публичное освещение процесса, может нас застраховать от потенциальных проблем.
Насколько искренни были полицейские при общении с членами комиссий?
Увы, привычка врать, юлить и недоговаривать для полицейских это норма. У всех одно на языке: не видел, не знал, не брал, не участвовал, не знаю.
Есть ли патриотический настрой у сотрудников?
За редчайшим исключением, об этом даже говорить не приходится.
Сможет ли такая переаттестация изменить в лучшую сторону работу полиции и мнение населения о правоохранительных органах в целом?
Как отдельная мера, конечно нет. Но свой положительный вклад в общий процесс реформ Национальной полиции внесет. Например, уже вчера, Центральный РОП Николаева, незамедлительно зарегистрировал и начал уголовное производство по двум эпизодам о незаконном вывозе металлолома по протоколу патрульной полиции. Раньше такие дела они расследовать наотрез отказывались. Мы связываем такую активность именно с результатами переаттестации.
