Николаевский судостроительный завод им. 61 коммунара в лучшие свои годы был собственником развитой коммунальной и социальной инфраструктуры: несколько жилых микрорайонов, два клуба, библиотека, несколько детских садиков, база отдыха в Черноморке, санаторий-профилакторий и многое другое.
А как же иначе? Многотысячный коллектив, строивший несколько кораблей и судов в год, не мог не поддерживать на должном уровне бытовой комфорт, здоровье и моральное состояние своих работников.
Но особой гордостью завода, его изюминкой был пионерский лагерь в Марьиной роще, на берегу реки Ингул, в заповедной дубраве. Дети корабелов отдыхали, купались и загорали в своем лагере. А их родители думали, что так будет всегда.
Но началась эпоха перемен, и все надеялись, что перемены эти – к лучшему.
Естественно, в рыночной экономике крупному предприятию следовало отказаться от непрофильных активов. Завод последовательно передавал местным органам власти жилье, объекты коммунальной инфраструктуры и социально-культурной сферы. Помогло ли это сохранить производство? Похоже, что нет. Исследовать причины упадка судостроения в Николаеве – не предмет настоящей статьи. Но факт остается фактом – и завод уже де-факто не судостроительный, и он уже даже и не завод, а так… мастерская у Ингульского моста. А вскоре и название свое сменит – в ходе декоммунизации. Многие осколки былого величия, которые очевидно имели рыночную коммерческую перспективу, сменили хозяев и превратились в помещения магазинов, офисов, банков. Кое-где – удачно, как, например, комплекс зданий бывшего ПТУ завода, где теперь размещается николаевский университет – Черноморская Могилянка.
А пионерлагерю крупно не повезло: он превратился в своего рода «чемодан без ручки». Какой может быть детский досуговый центр, когда нет на заводе тех, кто этих детей производит на свет? Оставаясь на балансе завода, пионерлагерь прекратил свое существование сначала как центр отдыха для детей, а теперь и вовсе физически исчезает с лица земли. Сначала, несмотря на наличие охраны, исчезло все, что напоминает металл, сейчас активно исчезает камень и кирпич. Затем, очевидно, очередь дойдет до древесины ценных пород…
Завод понимает свою неспособность содержать объект – не только как центр отдыха детей, но и просто обеспечить сохранность этого имущественного комплекса. И он настойчиво обращается к вышестоящим организациям с просьбой избавить его от этой непосильной ноши. Одной вышестоящей организацией (по подчиненности) является Укроборонпром. Но там, понятно, решаются другие задачи, далекие от нужд детского реабилитационного центра. Какие именно – мы время от времени узнаем из СМИ и при участившихся сменах руководства этой уникальной организации.
Но есть еще и местная власть, которой вопиющая бесхозяйственность, разрушение ценного объекта должно бы «колоть глаза». Но… не колет! Под пафосные разговоры о децентрализации областные власти просто не готовы взять на себя ответственность за развитие экономики и культуры области.
Местная власть цинично наблюдает, как ценный объект, равно как и другие, не менее ценные, создававшиеся десятилетиями трудом народа Украины, разрушаются и приходят в запустение. Назову только те, которые находятся в областной собственности и на слуху у общественности: Международный аэропорт «Николаев», областная филармония, объединение «Фармация»… Что уж тут какой-то пионерлагерь? Мы уже пержили гибель не менее уникальных детских баз отдыха на Кинбурнской косе, на Дидовой хате, «Партизанскую искру» в областном центре. Власть озабочена другим. Правда, не очень понятно, чем. И задачи ей ставит, по-видимому, не областная община.
Вот и сейчас, когда нужно принимать срочные меры, пусть уже не для сохранения целостного имущественного комплекса, а хотя бы туристического бренда, областная власть пускается в долгие рассуждения типа «а зачем нам этот лагерь нужен?» Эта политика неизбежно приведет к тому, что с карты области исчезнет еще один потенциально перспективный туристический объект. А ведь власть не упускает возможность каждый раз декларировать свою приверженность возрождению туризма в области, как одного из перспективных направлений развития экономики. И если нет ресурсов восстановить объект, то, может быть, можно бы просто передать его в хорошие руки под определенные инвестиционные обязательства? Ведь привлечение инвестиций – это еще одна тема для бесконечных мантр областной власти.
Просто нелепо и не по-хозяйски – спокойно наблюдать, как разрушается не только накопленное общественное богатство, но и жизненный уклад населения, и созданное им многолетним трудом благосостояние, и хладнокровно ожидать, когда же все само собой образуется. Рынок, мол, все отрегулирует. Он-то отрегулирует, в конце концов, но какую цену за это придется заплатить народу?
Впрочем, сказанное касается не только отдельно взятого пионерлагеря, но и модели экономического развития в целом. Нет завода – нет и его детского досугового центра. В общем, как в популярной пословице: «Сгорел сарай – гори и хата»?
Никифор Николайчик
Да жалко, там столетние дубы а природа редкая, река,речка Супер.